Skip to content

Как известно многим регулярным читателям этого блога, я фрилансер. Моя область знаний – макроэкономика, анализ экономической политики и финансовые рынки (работаю с ними с 2006 года), включая моделирование и сложные расчёты. Работаю с TAS Group и Kesarev Consulting.
Кроме того, пишу в медиа на экономическую тематику. Регулярно публикуюсь в Левом береге, Деньгах и Реальной экономике, также есть публикации в российском Коммерсанте, Зеркале недели, Экономической правде и Топ-100 (может, ещё что-то забыл). Ссылки на них можно посмотреть по соответствующему тегу.
Если вас интересует сотрудничество в какой-либо из этих областей – непременно обращайтесь. Пишите на rene.korda[at]gmail.com.
 

Доходы бюджета в % от ВВП среди развивающихся стран: “особый путь” Украины

В контексте появления постановления об основных направлениях бюджетной политики на 2015 год, в котором предусматривается “ с учетом налогового законодательства сохранить долю перераспределения ВВП через сводный бюджет на уровне не выше 30%”, решил посмотреть на доходы бюджета в % от ВВП в сравнении с другими странами.

Для сравнения были взяты “Emerging market and developing economies” (всего 112 стран) в классификации МВФ. В последующем из списка были исключены некоторые непоказательные страны (Оман, Кувейт, … Бруней).

Для Украины показатель “General government revenue” к ВВП по итогам 2013 составляет 43,7%. По нему мы попадем в последнюю группу ”> 40″. Кроме нас, тут еще: Республика Конго, Венгрия, Босния и Герцеговина, Ирак, Аргентина, Беларусь, Сербия и Боливия. У России – 35,8%, в Польше – 37,4%, у Грузии – 27,3%.

 

P.S. Это справочная информация. Можно дискутировать о показательности тех или иных показателей (например, кто скажет, что Gross domestic product based on purchasing-power-parity (PPP) per capita GDP – это не лучшее, что может быть) , о выводах и желательном для Украины уровне перераспределения ВВП через бюджет. Тем не менее, ярко видно, что мы а) в меньшинства и б) не в той компании, в которой хотели бы быть.

 

 

Главная проблема экономики в Украине одной картинкой

Взято из опроса International Republican Institute. В опросе Крым включался в состав Южного макрорегиона, что сильно мешает адекватной оценке настроений в последнем (хотя кардинально результаты опроса не изменятся – Крым даёт всего 20% населения Юга).

Комментарии, по-моему, излишни. Главная проблема экономики Украины носит не экономический, а политический характер.

 

Китайская долговая угроза

Несмотря на то, что в Украине сейчас происходят крайне важные внутренние процессы, упускать из виду факторы внешней конъюнктуры не стоит. Подробнее о роли внешних факторов для нашего экономического цикла я писал в статье “К чему может привести кризис развивающихся стран” (или в сокращенной украиноязычной версии “Про роль зовнішньої кон’юнктури»).

В продолжении темы вышла статья о долговых рисках развивающихся стран “Мировая экономика – Украине: снова плохие новости“, в которой я старался объяснить, как замедление экономического роста стран Emerging Markets повышает ведет к росту рисков. Основная причина – за годы бума, многие страны, особенно Китай, серьезно увеличили свою долговую нагрузку.

На днях, колумнист FT Martin Wolf  вышел со статьей “Debt troubles within the Great Wall” с похожим мнением. Помимо логики и ее изложения, также полезно обратить внимание на статистику. Как по мне, она довольно красноречива:

         

 

P.S. Roman Kornyliuk поделился ссылкой на хорошую тематическую публикацию на VOX по Латинской Америке. Статистика выглядит следующим образом:

 

Notes: The figure presents cumulative four-quarter gross issuance of bonds of resident firms and of firms that are non-resident nationals. IDS stands for International Debt Securities and DDS stands for Domestic Debt Securities.

 

Скромное обаяние децентрализации

Недавно, лауреатом Нобелевской премии 2007 года Роджером Майеросоном и работающим в Университете Питтсбурга украинским экономистом Тимофеем Миловановым была запущена инициатива по децентрализации политической системы Украины, с сайтом которой можно ознакомиться по следующей ссылке – https://sites.google.com/site/tmylovanov/ukraine-decentralization-initiative

Идея данной инициативы состоит в том, что ключом к разрешению украинского кризиса и реализации потенциала развития страны может стать децентрализация политической власти. Авторы подготовили документ, в котором излагают свои мысли на эту тему – https://sites.google.com/site/tmylovanov/ukraine-decentralization-initiative/decentralization.10.pdf?attredirects=0 – и предложили другим учёным подписать его. В результате, под документом красуются подписи батареи светил development economics, включая подпись “нашего всего” Дарона Асемоглу. Отдельной же колонкой идут украинские учёные, среди которых первым номером стоит Юрий Городниченко (а 26 – Александр Жолудь, которому я могу передать привет, т.к. он этот пост наверняка прочитает:) ).

Я не буду дублировать написанное по ссылке, ограничившись лишь следующей мыслью. Правильно проведенная децентрализация, в украинских условиях, по сути, является инструментом развития “инклюзивных” политических институций по Асемоглу-Робинсону через расширение политической власти в пользу местных лидеров (гораздо более многочисленных и “размазанных” по стране, чем центральные элиты) и ужесточение контроля за её применением со стороны граждан, которые будут находиться гораздо ближе к центру принятия влияющих на их жизнь решений. Напомню, что, в рамках теории Асемоглу-Робинсона, развитие “инклюзивных” экономических институций, необходимых для устойчивого и успешного долгосрочного экономического роста, происходит именно вследствие развития “инклюзивных” политических институций. Если децентрализация способна создать такие институции, то, фактически, именно она является ключевым фактором (или одним из ключевых факторов) будущего роста и развития экономики Украины.

Определённую теоретическую базу для идеи децентрализации даёт следующая статья Майерсона, написанная на основе материалов о развитии политических систем пост-окуппационных Афганистана и Ирака американцами – http://home.uchicago.edu/rmyerson/research/prism10.pdf

Из статьи можно сделать вывод, аналогичный описанному мной выше, о возможности формирования вследствие децентрализации “инклюзивных” политических институций по Асемоглу-Робинсону. Кроме того – что крайне важно для Украины – в статье делается парадоксальный вывод о том, что децентрализация скорее препятствует сепаратизму, чем стимулирует его. Возможность для местных лидеров претендовать на руководящие посты в органах центральной власти создаёт  положительные стимулы, способные удержать их от сепаратистских тенденций. В то же время, жёсткая и относительно замкнутая централизованная вертикаль, наоборот, легко может оставлять таких лидеров на обочине и тем самым подталкивать к сепаратизму.

Я знаю, что сейчас в Украине, как минимум, несколько групп уже работают над данной темой. Если кто-нибудь из читателей задействован в такой работе – отзовитесь в комментариях, пообщаемся.

UPD. Вот ещё один сайт, посвящённый инициативе – http://decentralizationinukraine.info. И, как отметил в комментариях господин Жолудь, децентрализация – шанс, а не панацея. Неправильная реализация может сильно уменшиться или даже нивеллировать её положительные эффекты – например, выборы мэра в один тур (а не в два, как выборы Президента) позволили откровенно некомпетентному и не имевшему поддержи большинства киевлян Черновецкому два раза избираться на эту должность.

 

Мысли о том, как избежать дефолта или Доктор Стрейнджлав по-украински

Мне кажется, что риски неизбежности дефолта Украины преувеличены, тем не менее, ситуация не из лучших. В нашем положении, лучше заранее задуматься над проведением реструктуризации части рыночных долгов. Цитата из свежего текста для Forbs.ua, выражающая основную мысль звучит так:

Я не претендую на то, что реструктуризация основных долгов с погашением в 2014 году – это однозначное благо. В более осторожной форме мой тезис таков: лучше заранее подстелить солому там, где мы можем упасть. Тем более что негативных рисков у этой процедуры намного меньше, чем кажется на первый взгляд. По крайней мере, можно провести предварительные секретные переговоры – прощупать почву. Это не помешает.

 

***

Работая над изложением этой идеи еще до событий 18-20 февраля, меня удивило множество совпадений с фильмом Стенли Кубрика “Доктор Стрейнджлав, или Как я перестал бояться и полюбил бомбу“. Если вы его не видели, настоятельно рекомендую – это одна из самых рейтинговых комедий (черных и глубоких) за всю историю. Фильм снят в 1964 году и есть в свободном доступе в переводе. Трейлер не показательный, но вот на него ссылка.

 

В результате, к 17-му февраля созрел текст.

 

Доктор Стрейнджлав, или: Как я перестал бояться и полюбил дефолт

За пять лет мы могли привыкнуть к тому, что запугивание дефолтом не особо отличаются от запугивания концом света. Во-первых, из предсказанных как минимум 2-3 дефолтов Украины с 2009 года случилось ни одного, во-вторых – последний пример Греции показал, что сам по себе дефолт может пройти незамеченным на фоне более серьезных экономических проблем. Да и история с дефолтом США уже давно превратилась в пародию на «мальчика, кричавшего «волк!».

Правда, похоже, что применимо к нам, пародия превращается в черную комедию. По мере приближения того самого волка, параллели с вынесенным в заголовок фильмом Кубрика, становятся все более актуальным. Здесь и вся абсурдность ситуации, полнейшая необязательность происходящего, неспособность лидеров и неработоспособность системы. На улицах, кстати, тоже как в этом фильме – свои стреляют в своих, просто по тому, что не владеют всей информацией.

В свете внеочередного понижения нашего суверенного рейтинга и стремительного роста доходности еврооблигаций вопрос «случится ли» превратился в вопрос «когда». По крайней мере, вероятности уже совсем не на стороне оптимистов. Продолжая использовать сравнение с сюжетом Доктора Стрейнджлава, отметим, что похоже, что генерал Риппер уже отдал приказ. Если перевести это на более понятный нам язык Булгакова – Аннушка уже разлила масло.

Последнее совсем не значит, что дефолт состоится неизбежно. Например, достижение понятной и однозначной договоренности с крупным внешним кредитором (в роли которого пребывают либо МВФ, либо Россия) позволит избежать серьезных проблем с обслуживанием долга. Однако, достижение такой договоренности начинает казаться едва ли выполнимой задачей. Такой же, как и получение кода на отзыв бомбардировщиков от покончившего собой генерала Риппера.

Даже если такая договоренность все-таки будет достигнута, то с большой вероятностью она может оказаться несвоевременной и неполной. В итоге, ситуация останется уязвимой к разного рода случайностям и нюансам. Продолжая аналогию с Доктором Стрейнджловом, даже невероятное и героичное получение кода на отзыв самолетов по чистой случайности может не предотвратить сбрасывание бомб и как следствие не остановить запуск Машины Судного дня.

В нашем случае, таких случайностей может быть несколько. Во-первых, непонятно чем завершится украинский политический кризис. В этой связи не стоит исключать резкого ухудшения девальвационных ожиданий населения, валютной паники и массового бегства депозитов. Во-вторых, несмотря на кажущееся здравие мировой экономики, мы находимся под постоянной угрозой ухудшения внешней конъюнктуры из-за экономической слабости развивающихся стран.

Резюме аллегории с фильмом Кубрика можно сформулировать так: если до 2014 года дефолт Украины мог стать следствием разве что чрезвычайного стечения обстоятельств, то теперь это самое чрезвычайное стечение обстоятельств требуется для того, чтобы избежать дефолта. Тем не менее, такой взгляд на ситуацию – это не повод для паники и иррациональных действий. Даже при первом приближении, дефолт может оказаться совсем не таким страшным, как кажется.

Что будет, если худшего избежать не удастся

Для начала разберемся со страхами. Чем так страшен дефолт? Оказалось, на этот вопрос можно получить довольно разные ответы в зависимости от социального статуса, возраста и того, чем человек зарабатывает себе на жизнь. Например, моих родителей в дефолте пугает риск потери сбережений по примеру начала и конца 90х годов. Одних коллег пугают перспективы серьезного экономического спада, других – неподъемный рост стоимости обслуживания кредитов.

Как мне кажется, если дефолт Украины все-таки состоится, то он будет иметь различные последствия для каждой из этих трех категорий граждан. В наименьшей степени пострадают те, кто боится за сохранность сбережений, в большей степени – те, для кого стоимость обслуживания кредита имеет первостепенную важность. Экономика вновь войдет в рецессию, однако эта рецессия вряд ли окажется принципиально глубже рецессии 2012-2013 годов.

Смоделируем ситуацию. Во-первых, о дефолте по каким обязательствам может идти речь? Держателей гривневых облигаций внутреннего займа спасет пресловутый печатный станок. Мера не без недостатков, но действенная. В свою очередь, вот у держателей внешнего долга такой страховки нет. Да, есть резервы НБУ, но их мало, плюс валютному рынку они могут оказаться нужнее. Во-вторых, почему сразу дефолт, если можно долг реструктуризировать?

В-третьих, а что изменится от того, что, скажем, Нафтогаз предложит кредиторам реструктуризацию? Что если правительство предложит ее по одному или нескольким выпускам еврооблигаций? Бегства капитала из Украины не будет, простите, но бежать уже некому. Поэтому давление на валютный рынок смогут оказать лишь домохозяйства, настроения которых, как показала практика осени 2013 года, с определенным успехом можно корректировать.

В итоге, дефолт или реструктуризация вряд ли приведет к непомерному росту давления на валютном рынке, следовательно девальвации за пределы 9-9,6 гривен можно будет избежать. В такой ситуации банковская система устоит, а экономика после небольшого провала пойдет в рост. Возможно, в какой-то момент Нацбанку придется пойти на введение моратория на досрочной изъятие депозитов, что не повлияет на начисление процентов даже по гривневым депозитам.

Поэтому, если ваши сбережения даже только на 50% в долларах и на остальные 50% в гривневых депозитах, но в надежном банке, вы не понесете ощутимых потерь. Конечно, ситуация будет напряженной, сны будут тревожными, и на валютном рынке будет неспокойно. В результате, процентные ставки будут выше обычного и, вполне вероятно, что обслуживать кредиты станет сложнее. Плюс ко всему новые административные меры от НБУ жизнь бизнесу также не облегчат.

Возможно, вы спросите, а как же опыт России 1998 года? Девальвация в разы, банкротства и потеря сбережений? Ответ на этот вопрос-возражение проще, чем кажется. На самом деле, кризис в России стал отголоском кризиса развивающихся стран, который привел к драматичному падению цен на нефть. Пока же внешняя конъюнктура для Украины остается сносной, какой она и видится на 2014 год, даже дефолт не приведет к непоправимым последствиям для экономики.

Может возникнуть еще один вопрос – понятно почему, возможно, не стоит бояться дефолта, но не понятно, почему его нужно любить, как сказано в названии. На самом деле, название текста – это прямая калька названия фильма Кубрика. Вероятно, он хотел подчеркнуть, что некоторые генералы тайно ратуют за начало ядерного конфликта. По аналогии, а разве невозможно, что где-то за пределами нашей страны кто-то влиятельный очень хочет, чтобы Украина объявила дефолт?

 

Обслуживание долга к ВВП: новые и старые цифры

Минфин недавно опубликовал прогноз/график выплат по обслуживаю/погашению госдолга. Пользуясь случаем, решил посмотреть что получится в терминах обслуживание долга к ВВП и доходам бюджета.

Для начала посмотрим на отношение уровня долга к ВВП и прогноз этого показателя от  МВФ. В данном случае интересно посмотреть на сравнение с соседями и увидеть приближение к уровню 15 летней давности.

 

Однако, это не более чем справочная информация. Соотношение долг/ВВП не является хорошим предсказателем дефолта и сложности обслуживании долга. Другое дело – показатель обслуживание долга к ВВП.

Я взял данные мифина по графику выплат, перевел ее в доллары по курсу 8,5, данные о номинальном ВВП в долларах и доходах бюджета в % от ВВП взял у МВФ. Получилось то, что она графике ниже.

Можно дискутировать много это или мало, говорит ли о том, возможно ли обойтись без МВФ/России или нет и сколько можно выкачать с внутреннего рынка широким инструментарием финансовой репрессии.

Самый интересный вывод возникает, когда мы сравниваем аналогичный расчет осени 2010 года. Разница в цифрах – это “стоимость” недооценки ситуации в развивающихся странах и цена отсутствия реформ.

 

P.S. под обслуживанием долга в этой записи подразумевается погашение плюс выплата процентов. При закрытых внешних рынках погашение становится погашением, а не рефинансированием :)

 

Требуется консультация по экспертным опросам

Господа (и, конечно, дамы), в рамках одного (некоммерческого) проекта по украинской экономике мне требуется консультация человека, разбирающегося в проведении экспертных опросов.  Если вы можете мне помочь – сами, или познакомить с таким человеком – я буду вам очень благодарен.

 

Стоит ли ограничивать ставки по кредитам и депозитам: результаты опроса

Напомню, что не так давно появилась “инициатива” об ограничении кредитных и депозитных ставок на уровне 12% и 6%. По мотивам тематической статьи для Левого берега, публикую тут результаты опроса с объяснениями методологии.

С моей точки зрения нелепость инициативы об ограничении процентных ставок (по крайней мере в текущих условиях и на предложенных уровнях) настолько очевидна, что тут и обсуждать нечего. Мало ли еще более «неоднозначных» инициатив генерировали чиновники, хотя бы, последние лет десть. Но что, если я ошибаюсь и не вижу того самого рационального зерна, которое, по всей видимости, видят в госведомстве?

Самый лучший способ проверить, а не ошибаюсь ли я – опросить репрезентативную выборку экспертов. Не 2-5 человек, а 30-50. Не тех, кто по непонятным мне причинам считаются экспертами большинством украинских медиа, но не считаются экспертами в самом экспертном сообществе. Не тех, кто зарабатывает на жизнь поиском аргументов в пользу мнения, озвученного заказчиком, а тех, чье мнение не ангажировано.

Держа все это в уме, я создал анонимный опрос из всего двух вопросов:

  • Почему в Украине такой уровень процентных ставок?
  • Что случится в результате реализации инициативы Госпредпринимательства об ограничении ставок.

Запрос был разослан широкому круг моих знакомых и коллег, для которых макроэкономика, монетарная политика и банковская система могут считаться областью экспертизы.

В список из нескольких десятков человек вошли руководители аналитических департаментов, экономисты, аналитики и трейдеры долгового рынка, руководители инвестподразделений в реальном секторе, управляющие активами, выпускники ведущих мировых бизнес-школ, главные редакторы деловых медиа и экономические обозреватели. Напомню, что опрос был анонимным, во избежание конфликта интересов.

Ответы на эти вопросы представлены ниже. Выводы делайте сами. Файл с данными опроса можно скачать тут.

 

 

 

 

 

 

Провальность стратегии импортозамещения

С удивлением обнаружил на Википедии хвалебную статью, посвящённую стратегии индустриализации через импортозамещение. Судя по оде “успехам” на этой ниве Латинской Америки, писал её адепт “уникальной латиноамериканской модели”. Приведу замечательную цитату, взятую из какого-то идейно близкого автору статьи историка:

“By the early 1960s, domestic industry supplied 95% of Mexico’s and 98% of Brazil’s consumer goods. Between 1950 and 1980, Latin America’s industrial output went up six times, keeping well ahead of population growth. Infant mortality fell from 107 per 1,000 live births in 1960 to 69 per 1,000 in 1980, [and] life expectancy rose from 52 to 64 years. In the mid-1950s, Latin America’s economies were growing faster than those of the industrialized West.”

На Вики много мусора и много людей, лезущих туда со своей идеологией, но называть чёрное белым – это не годится никуда. С глупой пропагандой надо бороться, потому предлагаю самостоятельно оценить блестящие “успехи” Латинской Америке в экономическом развитии во второй половине 20 столетия:

Импортозамещение применялось в латиноамриканских странах с 50-х по 80-е, когда оно завершилось долговым кризисом и десятилетием нулевого роста. Как видим, стратегия эта была ужасна – экономики Латинской Америки росли темпами, сопоставимыми с темпами роста наиболее развитой страны мира (США) и значительно медленнее, чем развитые страны Европы, стремительно росшие страны Восточной Азии и даже СССР. О сравнении с Японией (успехи которой, в модели мира леваковатых сторонников импортозамещения, продиктованы “помощью империалистов”, пустивших японские товары на свои рынки) и речи не идёт, как и с не приведенными на этом графике “Азиатскими тиграми”.

В сухом остатке имеем следующее. Эмпирический опыт показал, что импортозамещение, как общая стратегия развития, несостоятельно и неспособно обеспечить достаточно высоких долгосрочных темпов экономического роста, а следующие ему страны систематически отстают от развитых стран и от стран, следующих стратегии экспортно-ориентированной индустриализации.

Это имеет значение не только для споров о Латинской Америке, но и для нынешней ситуации в экономической политике Украины. Полисимейкеры – в частности, Азаров, Арбузов и Вилкул, да и президент Янукович тоже – не раз заявляли о том, что занимаются (или пытаются заниматься) импортозамещением и вообще использовали это слово много и часто. К сожалению, вряд ли они когда-либо увидять приведенный выше график, но, по крайней мере, хотелось бы, чтобы читатели этого блога понимали, чего стоят такие разговоры об импортозамещении и чем может обернуться реальная попытка применить эту стратегию на практике. Можно много спорить о том, каким путём наращивать запас капитала и повышать производительность, о применимости в Украине экспортно-ориентированной стратегии развития и тому подобный вещах, но зомби-идеи, типа импортозамещения, нужно выбросить на свалку истории и забыть, как страшный сон.

 

“Узкие места” условий ведения бизнеса в Украине

Наиболее известным и широко используемым на сегодняшний день исследованием регуляторных условий ведения бизнеса является ежегодный доклад Doing Business Report Мирового Банка.

У этого доклада есть ряд недостатков, основными из которых можно, пожалуй, считать следующие:

1. Учёт исключительно формально-официальных показателей ведения бизнеса, без каких-либо поправок на коррупцию и неформальное разрешение тех или иных вопросов.

2. Узкий набор ключевых показателей, оцениваемых в отчёте. Естественно, регуляторные условия этим списком не исчерпываются – хотя считается, что наиболее важные показатели в нём учтены – и они также могут разниться между странами и, в разное время, в рамках одной страны.

Кроме того, доклад содержит ряд ограничений, таких как использование для анализа условий в крупнейшем деловом центре рассматриваемой страны (которые могут отличаться от условий в других городах и регионах) или использования ООО в качестве объекта анализа (чьи результаты для других видов компаний могут, соответственно, отличаться). Наконец, основным предметом анализа является фирма средних размеров (средний бизнес), что может не вполне отображать реалии для малого либо крупного бизнеса, которые, в свою очередь, могут играть более или менее важную роль в разных странах.

Однако, несмотря на эти ограничения, DB позволяет выявить определённые “узкие места” в формальной регуляторной практике той или иной страны, в которых эта страна имеет наихудшие позиции относительно остального мира. Это можно проделать и применительно к Украине, чем мы дальше и займёмся.

Итак, начнём с регулирования международной торговли.

Как видим, в плане временных затрат на оформление экспорта и импорта Украина отстаёт от больше части макро-регионов – например, оформление экспортной операции занимает у нас, в среднем, на неделю дольше, чем в странах Восточной Азии и почти на три недели дольше, чем в развитых странах ОЭСР. По экспорту мы близки к наиболее отсталым в этом плане макро-регионам – Чёрной Африке и Южной Азии. Впрочем, от среднего значения по своему макро-региону – развивающимся странам Европы и постсоветского пространства – Украина отклоняется не сильно, всего на пару дней.

По финансовым расходам на экспорт и импорт одного контейнера со стандартизированным грузом Украина также выглядит довольно плохо – впрочем, вместе со всем своим макро-регионом. Экспортные операции у нас стоят более чем в два раза дороже, чем в макро-регионе-лидере – Восточной Азии (основном экспортном регионе мира – если не ошибаюсь, по объёмам экспорта товаров Китай уже обошёл США), импортные – почти в три раза дороже. Впрочем, большая часть этих расходов приходится не на административные операции, типа оформления документов, а на физическую перевозку и перегрузку, хоть это и не вполне соответствует ориентированности анализа DB на регуляторные условия. Естественно, Украина, с её госмонополией на железнодорожный транспорт и относительно высокими ценами на топливо, в этом смысле проигрывает тому же арабскому миру, с его дешёвым топливом, или странам ОЭСР и Восточной Азии, с их мощной транспортной инфраструктурой, обслуживающей крупнейшие торговые потоки планеты.

От торговли перейдём к налогообложению. К сожалению, здесь у нас всё обстоит ожидаемо плохо. По затратам времени, которых требует уплата налогов, Украина проигрывает всем без исключения макро-регионам. Что особенно неприятно, мы сильно отстаём от собственного макро-региона.

По налоговым ставкам всё также плохо и я специально обозначил причину этого – огромная налоговая нагрузка на фонд оплаты труда. Ноги у неё растут из непомерно раздутой, как для такой бедной страны, солидарной пенсионной системы, пожирающей около трети доходов консолидированного бюджета и финансируемой, в основном, с помощью ЕСВ (кажется, так у нас называется сбор с заработной платы?). Именно поэтому так важно провести пенсионную реформу и как можно сильнее сократить солидарный компонент пенсионной системы в пользу накопительного – одно только снижение ЕСВ в результате этой операции уже было бы огромным благом.

Электроснабжение даже комментировать не нужно:) Самое интересное, что такую замечательную неэффективность создаёт компания “Киевэнерго” (и это отражено в докладе DB), которая довольно давно уже, в основном, частная. Не знаю, правда, не вызвано ли это тем, как государство эту компанию регулирует.

Наконец, крайне болезненный для Украины (где долги, как известно, отдают только трусы), вопрос – разрешение банкротств и возможность для кредиторов компенсировать свои потери. Понятно, что по настоящему хорошо этот вопрос решён только в развитых странах ОЭСР с их хорошей системой правосудия – там удаётся вернуть, в среднем, около 70% средств кредиторов. Все остальные макро-регионы отстают, однако Украина выделяется даже на их фоне – у нас кредиторам удаётся вернуть, в среднем, менее 10% (желающие могут вспомнить, как дружно украинский бизнес вымывал свои активы из компаний-должников в контролируемые им же структуры после кризиса 2008 года, когда внезапно стало понятно, что обслуживать долги для многих невозможно). Выделяется Украина и по втором параметру – стоимости процедуры банкротства: более 40% от активов должника, что в два раза дороже, чем в Чёрной Африке. Низкий коэффициент взыскания, на этом фоне, не кажется чем-то удивительным.

Подведём итоги. Для улучшения деловых условий Украине необходимо, исходя из данных DB, в первую очередь, сделать следующее:

1. Упростить разрешительные процедуры при внешнеторговых операциях.

2. Резко упростить процедуры, связанные с налогообложением – желательно снизить временные затраты, с ними связанные, раза эдак в два, или даже больше.

3. Снизить налоговую нагрузку на фонд оплаты труда – что, фактически, означает проведение пенсионной реформы.

4. Снизить временные затраты на подключение к электросетям. Если, конечно, это не “Киевэнерго” виновато:)

5. Реформировать законы и регуляторные практики в сфере банкротства; ограничить возможности должников уходить от ответственности перед кредиторами.