Skip to content
 

Стоимость труда на единицу добавленной стоимости в странах CEE

Общеизвестно, что одним из основных факторов привлечения прямых иностранных инвестиций и наращивания экспорта (и, соответственно, высоких темпов экономического роста на этапе догоняющего развития) является низкая unit labor cost – удельная стоимость труда. Китай, Корея, Япония, восточноевропейские страны после развала соцлагеря – во всех этих случаях дешёвый труд сыграл одну из основных, если не основную, ролей. Причина понятна: один немецкий работник может производить такую же стоимость, что и десять китайских, но если его зарплата равна пятнадцати китайским, размещать производство торгуемых товаров (и, добавлю, многих видов услуг) в Китае и нанимать в десять раз больше китайцев выгодней, чем производить в Германии. Эта логика работает как для иностранных, так и для местных инвесторов – они будут в вышеописанной ситуации получать большие доходы, что будет привлекать в отрасль новые инвестиции (= увеличивать производство) до тех пор, пока её поправленная на местные риски доходность не сравняется с немецкой (для пуристов от эктеории, вроде меня:) – пока поправленная на риски доходность не сравняется с безрисковой ставкой). Связь с экспортом, для развивающихся стран, тоже понятна – их внутренние рынки относительно малоёмки, хоть и быстро растут, а труд дешёв, что делает выгодной ориентацию трудоёмких отраслей на экспорт.

Собственно, о трудоёмких отраслях и удельной стоимости труда в них мы сегодня и поговорим. В данном конкретном случае, я хочу ответить на следующий вопрос: какова будет конкурентоспособность украинского труда по сравнению с восточноевропейским и, для более информативного сравнения, западноевропейским и российским? В свете вроде бы светящей нам зоны свободной торговли с ЕС этот вопрос весьма актуален, т.к. выгодность данного мероприятия, снижающего (устраняющего?) издержки торговли с европейскими странами, во многом зависит конкурентоспособности украинской рабочей силы по сравнению с другими развивающимися странами, имеющими свободный доступ к рынку ЕС. Конечно, наш показатель не опишет всего: во-первых, он актуален лишь для трудоёмких отраслей, какую-нибудь газодобычу, малозависимую от стоимости труда, так рассматривать бессмысленно. Во-вторых, он не отражает специфических для Украины рисков и издержек: дешёвый труда это прекрасно, но когда вам не возвращают НДС при экспорте, требуют взятки за каждый чих, контракт с мокрыми печатями на любую внешнеторговую операцию, мучают постоянными проверками, а местные партнёры могут в любой момент попытаться нелегально перехватить контроль над предприятием и суд выступит на их стороне, вам вряд ли захочется в такое место вкладывать деньги. Но если вышеописанные факторы значат, либо станут значить в какой-то момент, меньше, чем сравнительная дешевизна труда, вложение будет выгодным и чем дешевле труд, тем более он перекрывает местные риски и издержки.

Начнём с “среднетемпературного” сравнения – по всей экономике.

Данный показатель малоинформативен – в него входят и нетрудоёмкие отрасли, и огромный неторгуемый сектор, для которых он не столь важен. Поэтому давайте сразу посмотрим трудоёмкие отрасли, производящие торгуемые товары, для которых удельная производительность труда является ключевым показателем с точки зрения привлекательности для инвестиций.

Сразу оговорюсь, что под лёгкой промышленностью я здесь понимаю не только собственно её, но и древообрабатывающее и целлюлозное проиводство и полиграфическую деятельность, просто с полным перечислением подпись к графику получается неудобоваримо длинной, поэтому я её сократил. В принципе, как видим, на агрегированных данных определённое преимущество у Украины есть, но критичным я бы его не назвал и маловероятно, что оно перекрывает разницу в рисках и издержках с, например, Венгрией. Впрочем, давайте посмотрим машиностроение и легпром и др. по отдельности.

Увы, 20 лет полного невнимания к cost control и соответствующей высокой инфляции сделали своё дело – на уровне агрегированных данных, украинский труд в машиностроении не выглядит конкурентоспособным по сравнению с другими странами Восточной Европы. Добавим к этому низкое качество капитала и инфраструктуры, а также отвратительные институции, и станет ясно, что большой приток инвестиций в машиностроение с целью экспортирования его продукции в Европу вряд ли нам светит. Правда, здесь нюанс: в украинском машиностроении есть малопродуктивные госпредприятия (ещё и в капиталоёмких секторах – самолётостроении и кораблестроении),  если исключить их и брать лишь частный сектор, картина, скорее всего, получше. Но даже если у нас есть уровень Венгрии либо ниже, без хоть какого-то улучшения институций, хотя бы на уровне нормализации возврата НДС и дерегуляции ВЭД, боюсь, привлекательного места для инвестиций не получится. Кстати, обратите внимание на Венгрию – если помните, последние годы там довольно активно разворачивали машиностроительные производства, в частности, в автомобилестроении. Одна из причин видна на графике.

Перейдём к лёгкой промышленности, древообрабатывающему и целлюлозному производствам и полиграфической деятельности (и в Украине и в России.


Увы, Украина (и Россия) имеют преимущество именно в областях, прочно занятых Китаем. Я не стал копаться в китайской статистике (то ещё занятие) на предмет подсчёта тамошней удельной стоимости труда, но, судя по тенденциям последнего десятилетия, мнится мне, что на этом поприще Украине и России светит мало. Впрочем, ЗСТ покажет – быть может, снятие барьеров с Европой сделает отрасли более конкурентоспособными. Благо, в самой Европе труд в них как раз довольно дорог.

Честно говоря, не уверен в степени трудоёмкости сельского хозяйства, но посмотреть на график интересно.

Дальше посмотрим трудоёмкие отрасли, ориентированные на внутренний рынок. Прямо сейчас, они несколько менее привлекательны, из-за небольших масштабов внутреннего рынка. Но, во-первых, до сих пор многие верят в его перспективы для Украины:), во-вторых, низкая удельная стоимость труда может делать их весьма привлекательными даже на некрупном рынке.

На мой взгляд, столь низкая производительность труда в строительстве в одной из беднейших стран Европы с откровенно дешёвой рабочей силой (думаю, понятно, что рабочие на украинских стройках ни эстонской, ни латвийской, ни немецкой зарплат не получают) является поводом для очень серьёзных раздумий со стороны полисимейкеров. Одна из ключевых отраслей – и такая вот странная картина.

Наконец, торговля и ремонт. Мой соавтор Паша Ильяшенко на днях высказал мысль, что при низкой стоимости труда, даже на малообъёмном рынке инвестиции в эту отрасль могут быть весьма доходны. В принципе, тут у Украины довольно неплохое положение, но более ёмкий и одновременно более дешёвый российский рынок нас явно затмевает. Впрочем, ЗСТ и тут может косвенно помочь – ёмкость рынка прямо пропрциональна благосостоянию населения, производному от экономического роста. Если ЗСТ ускорит последний и создаст интересные перспективы для украинской экономики, инвестиции в ритейл, скорее всего, пойдут серьёзные.

Такие вот пироги – машиностроение со строительством вызывают беспокойство. В плане привлечения ПИИ, многое зависит от того, насколько велика в первом доля малопродуктивных госкомпаний.

 

5 Comments

  1. pustota says:

    Спасибо, очень интересно!

    Обратил внимание вот на что. В среднем для всей экономики стоимость труда в РФ одна из самых высоких. Тогда как во всех трудоемких секторах в лидерах не значится. Получается, у нас просто жуткие зарплаты в неторгуемых секторах? Или это нефтянка так сильно искажает картину?

    • Наоборот, в добывающей промышленности что-то около 0.2, низкий показатель – что логично, нефтянка же не трудоёмкая. Во-первых, в обрабатывающей промышленности показатель равен 0.77 (предположительно, за счёт малоприбыльной металлургии), во-вторых, в госсекторе он равен ~1.95 – в госуправлении, здравоохранении, медицине, образовании и т.д. Впрочем, я не уверен в том, что последний может считаться высоким – нет времени сравнивать с другими странами. А вот первый высокий.

  2. Светлана Благодетелева-Вовк says:

    содержательный анализ – спасибо!
    тут стоит еще учесть технологический передел, к которому принадлежит труд. так, для шестого передела труд дешевым не бывает и в структуре добавленной стоимости он занимает скажем от двух третей до трех четвертых. для второго, третьего передела пожалуй соотношение в четверть, треть добавленной стоимости – вполне приемлимое.
    Однако, именно внедрение решений пятого передела в производства, относящиеся к более ранним технологиям дает рост производительной силы общества в целом и добавочной стоимости, в частности. поэтому модернизируя свою экономику китайцы и корейцы смогут осуществить переход от неоиндустриализма к постиндустриализму, а вот мы – вряд ли.

    • Да-да, безусловно. Я сознательно сужаю анализ до более-менее близких восточноевропейских экономик – здесь цель стоит, в основном, сравнить их привлекательность на предмет инвестиций в экспортное-ориентированные трудоёмкие отрасли и ритейл.

      “китайцы и корейцы смогут осуществить переход от неоиндустриализма к постиндустриализму, а вот мы – вряд ли.”
      К сожалению, со своими игрищами в коммунизм мы этот переход провалили.

      Кстати, а как называется понятие передела на английском?

  3. Светлана Благодетелева-Вовк says:

    “как называется понятие передела на английском”, вообще, канешна, по-русски правильно “технологический уклад” (это у меня с украинского калька :), а в английском – это technological cycle – интерпретация в технологическом ключе длинных волн Кондратьева http://en.wikipedia.org/wiki/Kondratiev_wave#Modern_modifications_of_Kondratiev_theory
    “К сожалению, со своими игрищами в коммунизм мы этот переход провалили” – да, отрицательный отбор социализма изменил коллективное бессознательное, а постсовок довершил дело – загубил остатки интеллектуального и социального капитала. так что на выходе будем иметь странный мир – иррациональный (мифологизированный), технологически отсталый, населенный дикарями, падкими на продвинутые заграничные девайсы

Leave a Reply