Skip to content
 

Развитие в постреволюционной Украине

В своей книге Pillars of Prosperity Timothy Besley и Torsten Persson, пытаясь вывести (на основании весьма обширной литературы) единую теоретическую модель эндогенного развития, выделяют три типа государств:

1. Государство общего интереса, в котором действуют общественные институты, обеспечивающие работу государства на интересы всего общества в целом, а не на интересы отдельных его групп либо представителей. Политическая система таких государств естественным образом наиболее сильно ориентирована на развитие и такие государства являются наиболее успешными.

2. Перераспределяющее государство, в котором такие институты отсутствуют либо слабы, однако вероятность смены власти низка и власть долгое время находится в руках одной и той же группы, либо индивидуума. В таких государствах, как правило, ресурсы перераспределяются в пользу инкумбентов, что дестимулирует экономическую активность других групп и не принадлежащих к властной верхушке граждан и сдерживает развитие государства. Однако, стабильное долгосрочное нахождение инкумбентов у власти вынуждает их заботиться о долгосрочной состоятельности возглавляемых ими государств – и, соответственно, заниматься их развитием. Такие государства развиваются хуже, чем государства общего интереса, однако тенденцию к развитию в них есть.

3. Слабое государство, в котором отсутствуют либо слабы институты “общего интереса” и, при этом, власть часто меняется. В результате временной горизонт планирования власть имущих короткий и каких-либо стимулов к развитию в политической системе нет – соответственно, нет и осознанных подвижек в эту сторону.

Кроме того, авторы выделяют такие ключевые параметры, влияющие на склонность политической системы к развитию как важность общественных благ для данного конкретного государства (например, важность армии для воюющей страны), высокие значения которой увеличивают стимулы к развитию, и наличие экзогенной ренты (например, доходов от природных ресурсов либо иностранной помощи).

Очевидно, что, до 2014 года, Украина принадлежала именно к третьему типу слабых государств – институты “общего интереса” в достаточной степени развиты не были (хотя и развивались успешнее, чем в других славянских постсоветских странах), при этом, политическая конкуренция была очень высокой и власть часто сменялась. Внятной и целенаправленной политики, направленной на развитие, в государстве, в результате, не было – то развитие, которое наблюдалось, было вызвано другими факторами. Изменилось ли это вследствие революции и войны с Россией? И если да, то какой из этих факторов сыграл большую роль – революция, через расширение институтов “общего интереса”, или война, повысившая важность общественных благ (обороны, безопасности и т.п.)?

Анализ коалиционного соглашения, проведенный экспертами VoxUkraine, свидетельствует, скорее, в пользу второго – из 17 разделов соглашения наиболее высоко эксперты оценили именно те, которые имеют отношения к противостоянию с Россией: оборону, правопорядок и энергетическую безопасность. Аналогичное впечатление складывается и от осуществляемой на практике политики – именно в сфере обороны, правопорядка и энергетической безопасности наблюдаются попытки активного привлечения к работе “новых людей” (волонтёров в Министерстве обороны, командиров добровольческих батальонов и людей, отказавшихся предавать Украину в Крыму, в МВД, новой команды в Нефтегазе Украины), слома коррупционных схем, налаживания качественной работы, в эти сферы (во всяком случае, в оборону) направляются финансовые ресурсы.

В других сферах успехи, пока, скромнее, а политика государства пассивна – попытки фундаментальных изменений правил игры через очищение судов, люстрацию, антикоррупционые законопроекты делались, скорее, под давлением гражданского общества, чем по собственному почину властей. Борьба с коррупцией на уровне исполнительной власти носит спорадический и довольно слабый характер. Очевидно, что целеустремлённости, подобной той, которую властная верхушка проявляет в сфере обороны, здесь нет. Те подвижки, которые есть, совершаются под давлением усиленного революцией гражданского общества.

В целом, рассуждая в рамках модели Besley и Persson, можно сделать следующие выводы:

1. В Украине наблюдается попытка эволюции от слабого государства к государству общего интереса, через развитие институтов, контролирующих государство и принуждающих его действовать в интересах общества в целом. Пока что эти институты слабы и нуждаются в максимальной поддержке со стороны общества – по меткому выражению из статьи на VoxUkraine “new political establishment of Ukraine is in its infancy, is very fragile, and needs to be supported in all possible ways”.

2. Война, на данный момент, является более эффективным стимулом к развитию, чем постреволюционная общественная активность. Могу предположить, что, без войны, нам бы пришлось пройти через, как минимум, ещё одну революцию, для того, чтобы в Украине могло появиться государство общих интересов. С войной, возможно, удастся обойтись без революции.

 

2 Comments

  1. Ігор says:

    Точка зору зрозуміла. Але звідки такий оптимизм про зміну классу держави. Поки вбачаеється те шо Україна в третій категорії тіки менеджмент держави все слабший!!!!!!!!

  2. Аргументи викладено у пості. Причому, вони вже трохи застарілі, адже зараз процес реформ іде значно швидше, ніж у листопаді.

Leave a Reply